Cпецпроекты

«Интерес к науке снижает градус агрессии в обществе»: интервью с Асей Казанцевой


0 687 0
Редакция bit.ua поговорила с научным журналистом Асей Казанцевой о правах человека, лайфхаках при подготовке к лекциям, общественных настроениях и планах на ближайшее будущее.

Ася Казанцева – пожалуй, самый известный в России популяризатор науки, по собственному определению «странствующий лектор», автор двух книг и научный журналист. Совсем недавно ее книги были переведены на украинский язык, а осенью Ася посетила львовский Форум издателей, где прочитала несколько лекций. Мы поговорили с Асей о том, что общего у популяризатора науки и скульптора, о правах человека, лайфхаках при подготовке к лекциям, общественных настроениях  и планах на ближайшее будущее.

Эволюция1

Во время подготовки к лекции я собираю информацию об исследованиях, потом делаю слайды, чтобы выстроить композицию. Работа научного журналиста напоминает работу скульптора: научных исследований у нас очень много, каждый год выходит больше миллиона научных статей, и по любой теме интересной информации гораздо больше, чем можно уместить в часовой рассказ. Поэтому моя основная задача не в том, чтобы найти материал, а наоборот, в том, чтобы отсечь лишнее, выделить одну ключевую идею и проиллюстрировать ее подходящими исследованиями.

Подготовить текст лекции заранее – неплохая идея. Главное, потом не читать его по бумажке, это самая распространенная ошибка начинающих лекторов. Я не пишу для себя текст будущего выступления целиком, потому что, во-первых, у меня плотный график и мне лень, а во-вторых, я довольно опытный лектор и мне не нужно очень много опорных точек. Ключевые факты я вношу в презентацию, этого хватает. К тому же, как правило, лекции создаются по темам, которые уже отражены у меня в книжках или научно-популярных статьях, то есть большая часть информации уже заранее проработана довольно глубоко.

На свои лекции я всегда беру блокнот. В нем есть основные цифры, цитаты, дополнительные данные по исследованиям, которые не включены в саму лекцию, но могут пригодиться во время ответов на вопросы. Хотя на той лекции, которую я только что провела, блокнот был мне нужен только для эффекта плацебо, потому что на самом деле данные по ней оказались записаны совсем в другой тетрадке. Но ее я забыла, и пришлось положить на стол блокнот с совсем другими лекциями, просто чтобы мне не было тревожно совсем без блокнота.

by_Алена_Шибут

Не стоит смешивать общение с залом и лекцию – это два отдельных жанра, и нет ничего более сложного, чем читать лекции, во время которых публика активно вмешивается и комментирует. Мой основной источник заработка – это корпоративные лекции. На них обычно мало людей, к тому же эти люди уже заплатили мне гонорар, поэтому они часто останавливают меня вопросами в любой момент. Я справляюсь, но не одобряю: на мой взгляд, лекция становится хуже, так как разрушается ее заранее продуманная композиция, смазываются логические переходы между слайдами.

Меня бесконечно поражает количество людей, которые приходят на мои лекции – «я же картавая телочка с бакалаврским дипломом, че они все?» — думаю я. Дело в том, что спрос на научно-популярные лекции  очень сильно превышает предложение. Я собираю сотни слушателей не потому, что я такой уж крутой лектор, а потому, что никого другого все равно нет. У нас в профессии очень низкая конкуренция, активных русскоязычных странствующих лекторов, рассказывающих о науке, буквально человек десять. Я надеюсь, что ситуация будет постепенно меняться.

По образованию я биолог, и всё, о чем я рассказываю, связано с биологией. Иногда залезаю в смежные области – психологию и медицину. Мне бы никогда не пришло в голову рассказывать о физике или об истории, это должны делать люди с профильным образованием, со способностью разобраться в первоисточниках и не допустить глупых ошибок. У любого научного журналиста есть специализация, обычно совпадающая с его образованием. Разумеется, научного журналиста интересует более широкий спектр тем, чем ученого, но они все должны быть расположены в области, в которой он более или менее компетентен.

by_николай_ковшов_1

В России сейчас огромный спрос на научных журналистов. В Украине, насколько я могу судить, тоже, но у нас этот рынок чуть раньше начал развиваться, поэтому легко зарабатывать себе на жизнь, в СМИ довольно много вакансий для людей с естественнонаучным образованием, умеющих при этом разговаривать с широкой общественностью на понятном ей языке. Если человек не хочет сидеть в офисе, то он может писать статьи как фрилансер, выпускать книжки, ездить с лекциями. Но тут, конечно, вступают в силу универсальные законы шоу-бизнеса: доходы напрямую зависят от личной известности, труд начинающего исполнителя оплачивается очень скромно, а гонорары звезд могут быть огромными.

В Украине я читаю лекции бесплатно, а доход от продажи моих книжек идет просто на транспортные расходы и гостиницу. При этом я всегда рада возможности к вам поехать, я в этом году была, кроме Львова, в Киеве, Одессе и Харькове, в следующем году надеюсь попасть в Днепр. Когда начался этот политический ад, я думала, что вообще никакое культурное взаимодействие между нашими странами больше невозможно, и бесконечно счастлива, что это оказалось не так, и очень горжусь тем, что мои книжки были переведены на украинский. Вообще, сообщество популяризаторов 15×4, которое меня сюда привозит и одновременно делает научно-популярные мероприятия и в России, бесконечно много делает для строительства мостов через разделившую нас пропасть, я очень ими восхищаюсь.

Я думаю, что интерес к науке способствует снижению градуса агрессии в обществе. Во-первых, образованные люди менее восприимчивы к пропаганде. Во-вторых, они просто больше зарабатывают, а благополучный человек меньше склонен кого-нибудь ненавидеть. Но, конечно, никаких гарантий тут быть не может. Европа и 70 лет назад была относительно образованной, и это не помешало ей пройти через Холокост. Сейчас там нарастает градус исламофобии, в основе которой лежит та же идея: «эти люди от нас отличаются, давайте с ними как-нибудь бороться». Вся надежда на то, что и конфликт между системами ценностей может быть преодолен за счет просвещения, за счет демонстрации того, что именно общество, победившее ненависть, оказывается наиболее успешным. Хотя, конечно, об этом лучше говорить не со мной, а с социологами.

by_Анастасия_Андерс_1

Признание человеческой личности основной ценностью, независимо от этнической принадлежности и других факторов, отличает Европу от менее цивилизованных стран. Люди, вышедшие в Киеве на Марш Равенства, совершают очень важный, смелый гражданский поступок. Они сдвигают границы нормы, общество привыкает, что проводить такие мероприятия  нормально, и большинство понимает, что агрессивно настроенные радикалы – опасные идиоты. Если посмотреть на исторический опыт, у всех стран были этапы дискриминации определенных слоев общества. Достаточно посмотреть на историю дискриминации темнокожего населения в США. Совсем недавно, буквально полвека назад, браки между афроамериканцами и белыми были запрещены. Сейчас это кажется какой-то безумной дикостью, но это было в обозримом прошлом, на памяти тех людей, которые все еще живы сейчас. И все эти безумно смелые люди, которые ходили на парады в защиту равенства, они все-таки изменили общество. Это показывает, что изменить общество возможно, даже если изнутри кажется, что это невозможно.

Человек способен выбирать свое окружение. Образование и другие социальные лифты позволяют попасть в такой круг, где человек не будет сталкиваться с гомофобией, или с верой в псевдонауку, или со странными политическими убеждениями. Из-за этого возникает искажение выборки, человеку начинает казаться, что, раз вокруг него все хорошие, то и вообще вся страна такая. Я этому подвержена, у меня прекрасная работа, ко мне на лекции приходят нормальные люди, я нечасто сталкиваюсь с носителями чуждых систем ценностей. Это, наверное, не очень хорошо: все варятся в собственном соку, и с людьми из других социальных слоев никто из нас не разговаривает, никто не пытается им ничего объяснять. Получается, что единственное связующее звено между обычными людьми и мракобесами – это таксисты. Михаил Гельфанд, известный биоинформатик и популяризатор науки, рассказывает: когда он ездит в такси, в зависимости от настроения, на вопрос, чем он занимается, если не хочет разговаривать, отвечает «я – математик». После этого таксист молчит. Если хочет поговорить, отвечает, что он биолог, и дальше после этого таксист начинает задавать разные вопросы про ГМО.

ася-казанцева

Моя следующая книжка будет, наверное, самой заумной из всех, так что просвещению широкой общественности никак не поспособствует. Я только что поступила в магистратуру по когнитивной нейробиологии, ближайшие два года буду слушать лекции и делать диплом, связанный с транскраниальной магнитной стимуляцией, это когда на людей действуют магнитным полем и у них меняется активность коры головного мозга. Потом напишу книжку про современную нейробиологию, там происходит очень много потрясающих вещей. Радиоуправляемые жуки, шлемы для улучшения памяти во сне, роботизированные протезы – будущее уже наступило, только это еще не все осознали.

Текст: Андрей Филатов, Александра Малевич

Фото: Анастасия Андерс, Алена Шибут, Николай Ковшов 

Подписывайтесь на нас в Facebook

Написать комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

Извините, для комментирования необходимо войти.
Рекомендуемое

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: