Cпецпроекты

Кирилл Головченко: «Фотография – это всегда про общество»


0 124 64

IMG_5631

В киевской галерее Dymchuk Gallery сейчас проходит первая в Украине персональная выставка немецко-украинского фотографа Кирилла Головченко. Выставка под названием «Nonsynchronism» презентует две самые известные серии Головченко – «7 км – поле чудес» и «Качалка», которые, по сути, рассказывают о социальных явлениях прошлого, интегрированных в наше сегодняшнее.

Из Украины Кирилл уехал 17 лет назад, изучал фотографию в Дармштадском университете, принял участие во множестве групповых выставок, а также реализовал ряд персональных, издал три фотокниги. За свои фотографические проекты Головченко получил несколько европейских премий: Documentary Photography Award от Wuestenrot Foundation, European Photo Exhibition Award, Abisag Tuellmann Prize, Berthold-Roland-Photo-Art Award и European Publishers Award for Photography 2014.

Проживая сейчас во Франкфурте-на-Майне, фотограф периодически приезжает снимать Украину. В результате появились две большие серии о легендарных уже одесском стихийном рынке и тренажерном зале под открытым небом в Гидропарке – «7км» и «Качалка». Мы поговорили с Кириллом о его интересе к Украине, визуальной картинке страны, а также отношении к фотографии в Германии.

Это твоя первая персональная выставка в Украине. Но ведь серии и фотокниги были созданы уже достаточно давно, например, «7 км – поле чудес» аж в 2009 году. Почему в Украине ты их показываешь только сейчас?

Когда я снимал «7 км» и «Качалку», я думал, что в Украине должно пройти еще лет десять, чтобы люди могли начать смотреть и воспринимать о чем это в действительности. Мне казалось, что пока они не готовы к осознанию. Для широких масс — это повседневная утомительная жизнь.

Поэтому я просто не предпринимал никаких шагов для презентации моих работ в Украине. Кроме того, здесь и условия несколько другие – начиная с платы за аренду помещения. За рубежом это работает в точности до наоборот – это фотографам и художникам там платят гонорары за выставку. Эти гонорары носят скорее бонусный характер – хоть какие-то крохи за колоссальную работу над подготовкой выставочного проекта.

Ты уехал из Украины, сейчас живешь в Германии, но продолжаешь снимать Украину. Почему?

Возможно это ностальгия, а возможно, и замена возврата сюда навсегда. Дело в том, что я хотел бы жить в Украине, но в силу определенных условий жизни здесь и моего сознания и восприятия это невозможно, – я бы просто не выдержал. На элементарном уровне, я не смог бы даже пойти и оформить прописку из-за всей здешней бюрократической волокиты. Это раздражает, так жить нельзя.

Я считаю, что всегда существует какая-то связь между тобой и тем, что ты снимаешь. То есть, тем или иным образом я пользуюсь своей связью с прошлым. В 90-е годы в небольшой артели мы с друзьями делали ремни и продавали их на этом огромном одесском рынке – 7 километре, как его называют. Я не мог это забыть. И уже в Германии, во время обучения в Дарштадском университете, когда пришло время готовить диплом, меня не оставила мысль с 7-м километром, – она постоянно висела как задвижка в голове «Это очень важно».

Все мои проекты тесно связаны со мной лично и, возможно, всё то, что я делаю, – это мой путь к себе и поиск безвозвратного времени.

01/11

Фотографии из серий «7 км — поле чудес» и «Качалка»

Выставка в Киеве называется «Нонсинхронизм». Когда в твоем творчестве появилась эта теория о разных социальных группах, живущих в разных временных отрезках?

Уже в книге «7 км» есть ссылка на эту теорию. Во время теоретического экзамена в университете профессор по теории искусства навел меня на мысль о несинхронности – «одновременной неодновременности». Тогда я использовал эту мысль, потому что мне показалось, что это умно. Но я не снимал тогда с этой точки зрения. А сегодня, когда читал Катин текст к выставке (Катерина Филюк – куратор, прим.), поймал себя на мысли, что, может быть, стоит сделать это целенаправленным творческим методом.

Мне интересна сама смесь советского и постсоветского в украинской действительности. Например, в своей последней серии в одной из фотографий я обязательно хотел использовать образ Ленина, но не потому, что его начали массово сносить, а потому что он присутствовал здесь и до этого. И сколько его в каждом из нас? Мы еще долго не сможем освободиться от прошлого: советское пустило очень тонкие и глубоко губительные корни в каждом из нас. Это и есть нонсинхронизм – присутствие прошлого в нашем настоящем и будущем.

В Германии такие явления несинхронности, которые ты подметил в Украине, тоже существуют? Или это только постсоветское явление?

Конечно, такое существует везде. Уверен, что в других странах, например, в Бразилии тоже есть что-то наподобие качалки. Но это проявляется не в такой форме и масштабе, как в Украине. Именно эта масштабность меня и впечатляет. Масштабность – важная советская категория.

Я живу на два мира: я вполне интегрирован на Западе, и в то же самое время присутствую здесь, в Украине. Поэтому, мне легче уловить все те изменения, которые происходят с визуальной картинкой этой страны. Многие зарубежные фотографы, когда приезжают сюда снимать, чаще выбирают социальную тематику: больные СПИДом, бездомные, туберкулезники. А обыкновенная жизнь обычных людей мало кого интересует. Из рутинной повседневности труднее что-то сделать.

Я считаю преступлением снимать закаты. Их нельзя фотографировать, это нужно пережить и сохранить в себе.

7 километр – это свидетель определенного исторического периода, динозавр раннего капитализма в Украине. Причем это потрясающий визуальный объект. Я занимаюсь цветной фотографией и для меня очень важен цвет: на уровне сознательно-подсознательного найти смысл в цвете.

А в случае с «Качалкой» меня поразила массовость, а также показалось, что эти «машины для мышц» выросли там из земли. Сработали воспоминания юности: Шварцнеггер для всех и, конечно же, для меня был тогда кумиром. Так вот многие парни в Гидропарке выглядят так, будто они переместились во времени из фильма 1976 года об Арнольде Шварцнеггере «Качать железо».

 Многие парни в Гидропарке выглядят так, будто они переместились во времени из фильма 1976 года об Арнольде Шварцнеггере «Качать железо».

01/6

Экспозиция выставки «Nonsynchronism» в Dymchuk Gallery, Киев

Как тебе кажется, со временем эти явления исчезнут? То есть ты документируешь, или ты показываешь зрителям ту абсурдность ситуации, в которой они существуют?

Абсурд – это интересное и важное слово, которое сильно подходит к понятию синхронизма. По сути, абсурдностью пронизана большая часть жизни человека на постсоветском пространстве.

«7 км» и «Качалка» – это большие серии и трудоемкий процесс, который вылился потом в книги. Они об определенном месте: это документация чего-то, что происходит в определенное время и в конкретном месте. Можно сказать, я описываю замкнутое пространство, но в то же время и современное общество. Явление такого стихийного рынка как 7 километр происходило в определенное время – когда-то он сотрётся и отомрет, и останется только фотография и воспоминания. Каждый, кто фотографирует, более или менее в погоне за исчезающим. 7 км в том виде, в котором он был, должен был бы уже исчезнуть. Но этого не произошло только из-за заторможенности процессов в стране.

В Украине, не смотря на низкий рост экономики, сейчас очень быстро меняется визуальная картинка.

Фотография – это всегда про общество, картинка всегда будет связана с политическими и социальными изменениями. Я мало снимал украинские реалии в 90-х годах, но, кажется, картинка тех лет возвращается сюда снова. Это некий хаос, беспорядочность.

А чем для тебя является фотография?

Фотография для меня — это медиум, который мимолетно выхватывает объект из действительности и запечатлевает его. Действительность прекрасна своей динамичной неизвестностью и бесконтрольностью с моей стороны на неё. Она, как и сама жизнь, более неожиданна, чем моё воображение.

У меня свое отношение к красоте как эстетике в фотографии. Я считаю преступлением снимать закаты. Их нельзя фотографировать, это нужно пережить и сохранить в себе. Есть определенные визуально-вкусовые-вспоминальные моменты, которые для меня в жизни важны и я не хочу испортить их плоским изображением. Поэтому для меня красота – это отчасти природа, отчасти то, что испортил в ней человек. Нетронутая красота природы прекрасна, но её невозможно передать, в смысле прочувствовать, не присутствуя в ней.

10013914_10152285623591368_1273066518_nСерия »OTPUSK – out of the blue« на групповой выставке в Осло

В какой момент и почему ты уехал из Украины?

Это были 90-е годы и все достаточно просто – я хотел увидеть мир. У меня тогда появилась возможность поехать на практику подработать. Постепенно эта практика переросла сначала в одну учебу, а потом в другую. Я поступил в Дармштадский университет и изучал фотографию.

Когда я жил в Украине, я не осознавал, что меня интересует культура этой страны и ее прошлое. Но чем больше времени я провожу здесь, тем чаще наблюдаю, как я сливаюсь с местной средой. Для дальнейшей работы мне просто необходима дистанция. Но каждый раз возвращаясь в Германию, я понимаю, что там ничего не происходит: там достаточно ровная жизнь, картинка не меняется. В Украине за небольшой промежуток времени могут что-то снести и построить новое, а в Германии все стоит намного дольше.

Ты много снимаешь в Германии?

В Германии я снимаю намного меньше. Картинка, которую я могу снять в Германии, более скучная, не такая красочная. С каждым новым проектом мне хочется делать что-то новое. Понятно, что из проекта в проект остается мой почерк, но, тем не менее, для того, чтобы самому было интересно, нужно постоянно эволюционировать.

На твоей странице Facebook я видела, ты поддерживал Майдан. Расскажи, как в Германии относились к тому, что здесь происходило?

Сочувственно. Многие мои знакомые постоянно спрашивали меня, как мои родственники и друзья, не угрожает ли им опасность. Конечно, иногда создавалось впечатление, что ситуация здесь выходит из под контроля…

Что мне бросилось в глаза – почти на каждой фотографии, которая была опубликована в СМИ там, везде был европейский флаг. Складывалось впечатление, что украинцев только евроинтеграция и интересует. Но ведь это не так. Точно также в самом начале западные СМИ возвели на пьедестал Кличко как политического лидера. Это потому, что в Германии братья Кличко очень уважаемые фигуры. После последних печальных событий, картинка снова изменилась.

1899825_642444239155016_1413596631_oОткрытие выставки «European Photo Exhibition Award 02» в выставочном центре Nobel Peace Center, Осло

Ты выпустил уже 3 книги. Расскажи, пожалуйста, о своем отношении к фотокниге.

Книга – это история. Если ты пройдешь по улице и скажешь «Я снимаю для книги», то тебе скажут «Ты пишешь книгу». Но я нашел ответ, как объяснить людям, что я делаю, – я говорю «Да, я пишу книгу, но пишу картинками». Книга – это совокупность картинок на определенную тему, это как стихотворение, или рассказ. Например, идея книги «Качалка» – это превращение человека в машину, когда он поднимает и опускает гантелю.

Самая большая важность фотокниги в том, что она остается, в то время как выставка имеет свойство заканчиваться.

А как относятся к фотографии в Германии? Там же это целая налаженная инфраструктура – есть музеи и центры фотографии, постоянно проходят выставки классических и современных фотографов, фотография активно продается на аукционах, она интегрирована в образовательный процесс…

Мне кажется, передовыми все равно останутся французы – они больше всех признают фотографию как искусство. В Германии есть огромное количество государственных и коммерческих галерей, которые владеют большими фотографическими коллекциями. Государственные институции занимаются историей и архивированием. Существует как минимум три аукционных дома, работающих непосредственно только с фотографией.

Если смотреть на фотографический рынок Германии из Украины, то кажется, что там все очень сильно развито. На мой взгляд, на искусство там выделяется мало денег. Грантов и возможностей для развития (а развиваться фотографы и художники могут только некоммерческими долгосрочными проектами) в Германии стало значительно меньше.

Какие твои планы на будущее? Над чем ты сейчас работаешь?

Планы есть и происходят в текущем режиме действия. Я одновременно работаю над несколькими проектами, которые отличаются по своему объёму.

В этом году у меня плотный график выставок с разными фотопроектами, прежде всего в Европе. Выходят 4 каталога, в которые обширно включены мои работы. На один Грант в Польше и Германии я делаю проект, который состоит из фотографий и коротких эссе и выйдет как книга.

С новой серией о Майдане я участвую в совместной выставке в Вене.

Я сделал серию «OTPUSK – out of the blue» для European Photo Exhibition Award и она выставляется в этом и следующем году в Европе. Совместно с Journal из Стокгольма выйдет набор почтовых открыток из моих фотографий.

Также в этом году выйдет моя фотокнига «Bitter Honeydew», о людях, которые ночью торгуют бахчёй. Я победил в европейском конкурсе на издание книги – European Publishers Award for Photography 2014. 5 европейских издательств из 5 стран (Франция, Великобритания, Германия, Испания, Италия) на конкурсной основе выбирают один книжный фотографический проект, который одновременно выходит в этих издательствах.

Сейчас по заказу LEICA я фотографирую фотосерию под названием «Котлован». Это выльется в книгу, публикацию в журнале Leica Fotografie International, и выставку в новом музее LEICA в Ветцларе в Германии.

 

Фото на главной — Dymchuk Gallery / Максим Белоусов (с)

Подписывайтесь на нас в Facebook

Написать комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

Извините, для комментирования необходимо войти.
Рекомендуемое

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: