Cпецпроекты

Ликбез: современный танец


0 225 6

Словенский хореограф Эдвард Клюг снова привез в Украину свои нашумевшие спектакли RadioJuliet и Quatro на музыку группы Radiohead. Показ в Киеве состоится уже 6 декабря в МЦКИ «Октябрський». Мы решили, что это повод поговорить о современной хореографии – довольно обширном явлении, начавшем формироваться более 100 лет назад. Разбираемся, когда танец перестал быть прежним, кому в свое время надоело исполнять выверенные партии в тесных корсетах пачек и неудобных трико и почему в contemporary dance позволительно быть нелепым.

 

Рудольф фон Лабан

Одним из отцов современного танца считают венгра Рудольфа фон Лабана, который сосредоточился на пространстве танцующего. Этот хореограф у многих ассоциируется с железным многоугольником, в который Лабан помещал артиста, чтобы очертить границы его передвижений.

Мэри Вигман

Потом на авансцену вышла немка Мэри Вигман – ученица Рудольфа фон Лабана и основательница экспрессионизма в хореографии. Она заявила, что танец должен быть «свободным» и принялась импровизировать. Hexentanz («Танец ведьмы») – спиритический танец, определяющий стиль Вигман.

Курт Йосс

Приблизительно в это же время Курт Йосс решил сочетать классический балет с театром, затрагивая наболевшие социально-политические вопросы. В 1928-м он собирает труппу Tanztheater Folkwang. Несмотря на то, что Йосса считали слишком авангардным, его антимилитаристский спектакль «Зеленый стол» одержал победу на международном конкурсе новой хореографии в Париже.

Вацлав Нижинский

Отметился на просторах мирового contemporary dance и наш земляк – киевлянин польского происхождения Вацлав Нижинский. Его «Весна священна» на музыку Игоря Стравинского стала некой революцией в начале ХХ века: вместо того, чтобы презентовать артиста в лучшем свете, эта постановка будто нарочно прятала тело и способности танцовщика.

Маги Марен

А француженка Маги Марен показывает несовершенность человека в постановке May B, созданной по пьесам абсурдиста Сэмюэля Беккета. Герои Марен предстают перед зрителем уродливыми и глупыми, их тела трансформированы горбами и большими животами, а действия случайны и необоснованны.

Тацуми Хидзиката

Со временем от привычной телесной эстетики начинают отказываться с еще большим упорством. В Японии появляется буто – танец, в котором важно не «что», а «как», который позже стал целым философским течением. Основатель этого жанра Тацуми Хидзиката в свое время сказал, что «Лебединое озеро» не подходит для кривых японских ног, и изобрел странный и «кривой» буто, поставив в конце 50-х спектакль по «Запретным цветам» Юкио Мисимы. Исполнители буто – это безликие и подкошенные (или перекошенные) существа, отказавшиеся быть личностями, но использующие опыт своего тела.

Триша Браун

В Европе стирается грань между танцем и искусством, поэтому хореографические постановки из театров кочуют в музеи и галереи. Любила экспериментировать с пространствами и Триша Браун, чье имя ассоциируют с современным американским танцем: в ее постановках артисты карабкаются по стенам и взбираются на крыши, а их угловатые движения перетекают одно в другое.

Стив Пэкстон

Еще один американец – Стив Пэкстон – считает, что в хореографии важно не место, а условия, в которых рождаются движения. Утверждая, что танец – это «здесь и сейчас», этот хореограф вывел понятие «контактной импровизации», решив вовсе не заморачиваться с драматургией спектаклей.

Пина Бауш

Отдельный параграф в истории contemporary dance написала Пина Бауш. Она создала новый театральный язык и передала бразды правления в руки самих танцоров, побуждая их сначала разобраться со своим внутренним миром, а потом попробовать выразить его на сцене с помощью движений. Одна из самых известных работ Пины – спектакль «Кафе «Мюллер» об одиночестве как приговоре.

К слову, несколько лет назад об этом хореографе вышел хороший документальный фильм – «Пина: танец страсти». В нем можно увидеть несколько постановок Бауш в исполнении танцовщиков ее труппы, которые также делятся опытом работы с Пиной.

Ян Фабр

В 80-х к танцу как инструменту начинают обращаться не только хореографы. Художник Ян Фабр выпускает перформанс «Театр, каким мы его ждем и предвидим», который длится (внимание!) 8 часов. Но настоящее признание к Фабру приходит после работы «Власть театрального безумия», которую он презентовал на Венецианской биеннале 1984 года. Обнаженка и жестокость, доведенная до абсурда, – кажется, на сцене действительно царит сумасшествие, однако зрителей силой никто не держит: на протяжении действа из зала можно свободно выходить, а при желании – возвращаться снова.

Жером Бель

В 1995-м француз Жером Бель привозит на фестиваль Impulstanz свой новый перформанс, в котором человек окончательно перестает быть индивидуальностью. Хореограф обнажает танцовщиков, чтобы продемонстрировать беспомощность и даже бесполезность тела, пребывающего вне социума. Артисты с растерянным видом изучают свои тела, разрисовывают себя маркером и мочатся прямо на сцену – такой натурализм может обескуражить, но этого Бель, очевидно, и добивался.

Саша Вальц

В этот же период Саша Вальц, немецкая танцовщица, хореограф и студентка Мэри Вигман, начинает размышлять: а что, если тело вообще исчезнет? Она ставит спектакль noBody, который исследует взаимосвязи человека с искусством и наукой, чтобы понять, что же делает нас людьми.

 

Обложка — фрагмент постановки Саши Вальц Tanz im August. Источник — www.sashawaltz.de

Подписывайтесь на нас в Facebook

Написать комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

Извините, для комментирования необходимо войти.
Рекомендуемое

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: