Cпецпроекты

Как открыть восемь киевских клубов, найти бизнес-партнера на Burning Man и сделать бизнес-проект в Штатах за три дня: Лев Филимонов


0 195 4

Лев Филимонов — парень из Севастополя, который сделал крутейшие киевские клубы — Boom Boom Room, L8 и еще шесть. Лев — тот самый предприниматель от бога и отличный пример того, как большое желание, позитивный mindset и здоровый авантюризм помогают строить потрясающие бизнесы в Украине и не только. 

Лев успел попасть в список «Форбса» «30 до 30», открыть 8 ночных клубов, вложив в первый всего $10 000. Это человек, который смог найти бизнес-партнера на Burning Man, умудрился с билетом в один конец, без денег и будучи отлично выпившим уговорить таможенников Штатов пропустить в страну. Воспитывался в школе (по обмену в США) у мормонов, зарабатывал с 16 лет: на выращивании свиней, лесоповале, воспитании детей, создании клубов.

Сейчас Лев живет уже год в Штатах, в Лос-Анджелесе, занимается своим стартапом  Check-in Bar, который дает коктейли за чекин, стал CMO Барной ассоциации США,  совместно с Барной ассоциацией открыл инвестиционный фонд для алкогольных стартапов, в портфеле которого есть уже пять проектов. Таня Гринева встретилась со Львом в Лос-Анджелесе для интервью (эту историю можно прочесть только здесь), пока он получал американскую бизнес-визу (ура!), а для этой фотографии пришлось слетать к нему в Лос-Анджелес, где мы покатались на чертовом колесе на Venice Beach, на скутерах Bird (пока они еще не изгнаны из Санта-Моники) и напились там же вина в каком-то баре. 

Я писала эту историю, кажется, вечность — это тот случай, когда из песни очень жаль выбросывать слова. Это «Улисс» Джойса, «На дороге» Керуака и Даниил Хармс одновременно — 5 смешных историй в минуту. И мне очень смешно и хочется этим поделиться с вами. Мне кажется, только такие смелые, искренние и позитивные люди, как Лев (и сильно трудолюбивые!), становятся в итоге самыми деятельными, крутыми и счастливыми. И живут вVenice Beach — самом красивом и модном районе Лос-Анджелеса. Лев прямо сейчас едет на Burning Man (и я без пяти минут бы тоже поехала, но в следующем году!), а вы можете почитать о его невероятных американских приключениях. <3

В школе я был очень плохим учеником: из тех, кто сидит сзади, ничего не делает, а теперь мой портрет висит на доске почета (так говорят!). Я уехал по обмену учиться в Америку, выиграл конкурс в 16 лет. Меня отправили в село мормонов в Северной Калифорнии, в 80 милях от Burning Man… Представляешь: мальчика из Севастополя отправить в село мормонов? А в Америку я хотел, потому что на роликах катался. Потом, правда, оказалось, что меня отправили в село, в котором нет асфальта: кукурузное поле и трейлер. И так я там год прожил, катался на роликах только в церквях, потому что там был заезд для инвалидных колясок, были перила, и я там катался. 

В 2002 году для программы обмена выбирали детей, которые потенциально могут стать будущими лидерами Америки, и отбирали их не по оценкам, а по лидерским качествам. Дети должны были в группах придумать бизнес-модель цирка, и один человек от группы должен это презентовать. Все дети испугались, а я взял ручку и меня прям поперло с этим цирком. (Я как знал тогда, что буду потом цирками заниматься: восемь цирков потом открыл после этого.) Я презентовал этот цирк, и меня взяли в Америку. 

У меня был очень сложный год с мормонами: не воспринимало меня это комьюнити ковбоев и индейцев. К тому же у меня были длинные волосы, а у них запретна эта тема. Я приехал и не стригся, и ковбой, у которого я жил, маленького роста, в шляпе, говорит мне: «Well, my boy, you have bad hair». Я думаю: «Ну, чувак, теперь я буду всю жизнь с длинными волосами ходить». Так решил и с тех пор не стригся. Он пытался меня стричь во сне. Я проснулся и позвонил ночью нашим главным, говорю: «Хочу поменять семью». Мне говорят: «Вам,чтобы поменять семью, нужно обратиться к вашему куратору». Мне дают его телефон, а это, оказывается, тот чувак, который хотел меня постричь. 

Я год там так жил. Мне было по кайфу, я работал там, потому что там платили от $6,75 в час за любую работу. Я просек эту историю и начал просыпаться в 5 утра: смотрел за детьми перед школой, после школы работал на лесоповале, рубил дрова, грузил их в грузовики, а после лесоповала, если у меня оставались силы, я работал на стройке, мешал бетономешалкой, и мог за день заработать до 50 долларов. Это был космос.

Кроме этого, у меня была своя свинья. Был конкурс: нужно было вырастить какое-то животное за четыре месяца, а потом ты ее презентуешь на выставке-аукционе, и родители-фермеры покупают этих животных за баснословные деньги. Я выбрал свинью, потому что можно было ее за тысячу долларов продать. Моя свинья не набрала вес, у нее были глисты, и я ее съел. И это до сих пор у меня травма психологическая, что я съел своего питомца. 

Я участвовал во всех движах, где можно было заработать деньги. Еще я выступал у них на городском собрании — Rotary Meeting. Там сделали конкурс, где детям дают тему, на которую нужно сделать спич на 18 минут, и кто выиграет, тот получит большой приз — 450 долларов и поедет дальше на всю Америку со своим выступлением в рамках конкурса Public Speaking. У меня была тема: «Как добиться мира во всем мире».

Я два месяца готовился: отказаться от атомного оружия, разоружение, религии — все продумал. У меня оно не вмещалось в 18 минут. Моя идиотская стратегия (поскольку у меня не было опыта в Public Speaking) заключалась в том, что я просто решил говорить очень быстро. Я просто решил протараторить. Вместо того, чтобы сократить, я просто зазубрил свой спич, вышел — и трррр… Короче, все рассказал. Выходит девочка, мой соперник (нас двое всего участвовало), и говорит: «Для того, чтобы достичь мира во всем мире, we need to bring our boys back home from Iraq». И начинает плакать, и уходит, ей дают первый приз. И я думаю: «Идите на х…». 

И я вышел, у меня были длинные волосы, мне 16 лет, мне было страшно очень, это было второе в моей жизни публичное выступление. И я выхожу, и мне  какой-то дед из зала выкрикивает: «You’d better cut your hair before talk to us!» И мне еще страшнее. Куда я попал?! Но я как ледокол, мне все равно. Надо денег. 450 долларов! Расскажу. Все рассказал, девочке отдали первый приз, и у меня травма, обида на всю жизнь. Несправедливость.

И я всю жизнь с этой обидой жил — как со мной обошлись. У меня была такая мысль: вот бы мне вернуться в это село с моими мозгами сейчас, встать бы перед ними и точно так же что-то рассказать, и пусть попробует мне хоть кто-то из них сказать, чтобы я постригся или еще что-то, я просто уничтожу его морально. У меня такая мечта была, гештальт, я хотел это сделать. И что ты думаешь, в прошлом году я поехал после Burning Man в это село, выступил перед ними еще 18 минут и раздал им там, некоторых довел до слез от смеха, а потом заставил покраснеть от стыда. У меня есть видос, возможно, опубликую его когда-нибудь. Я им все это рассказал, как они мне говорили, что я ничего не добьюсь, что я вообще бесполезный человек из-за этих волос и т.д. Мне кажется, что я даже им сказал, что зарабатываю больше, чем все их село. Меня уже понесло. Я после этого выступления вышел — и это был, кажется, лучший спич в моей жизни. 

В Киеве у меня были клубы. Я 8 клубов открыл, когда это все неслось. Я начал с промоутера «Оранжереи», потом дорос до своего проекта. Потом было много интервью: Wall Street Journal, Forbes 30 Before 30. Я стал сильно публичным в узких кругах. И это было хорошо для моего бизнеса, мне было проще продавать франшизы свои, мое экспертное мнение ценилось выше и т.д. Это было важно для моего бизнеса. Но параллельно с этим об этом узнают люди, которые видят: о, прикольно, чувак столько всего делает, а у нас тоже есть помещение, пусть и нам сделает. И дают тебе выбор без выбора. У меня неоднократно были ситуации, когда говорили: «Нам нужно сделать клуб или не будет у тебя вот этого, вот этого и вообще ничего».

Я решил из Украины свалить в Штаты, потому что книжек начитался. Мне показалось, что жизнь у меня очень скучная в тот момент. Американская моя история удивительна, и там произошло множество вещей, которые за гранью даже моего понимания. 

В 2017 году, после длинной истории с партнерами, которые попытались отобрать мою долю в проекте за год до этого, мы сделали приложение Check-in Bar и поехали на конференцию Collision в Новом Орлеане. Я понимаю, что на конференции, чтобы получить инвестиции сразу же, нужно сразу показать, что это приложение делает. Мне нужно было, чтобы до моего приезда Check-in был уже в барах Нового Орлеана, чтобы я мог приехать и показать, что мы не просто стартап из Украины, мы уже работаем в Америке. Я «пальцем в небо» написал двум американцам: «Может, знаете кого-то в Новом Орлеане, кто может мне помочь?» Второй нашел мне человека — бывший профессиональный роллер, который был одним из фаундеров X Games, его плакат мог висеть у меня на стене в детстве. 

Он вызвался мне помочь, и я приезжаю за три дня до конференции, смотрю в программе, где будут афтепати проходить. Представляешь: 20 тыс. участников, это Новый Орлеан, там в каждом доме по три бара, одна улица Bourbon Street делает 40% налога штата Луизиана, это туристический город. Я знаю, в каких барах будет афтепати, мы идем в эти бары с бейджиками конференции, и я говорю: «Чуваки, мы с Collision, у нас здесь афтепати, и нам нужно поставить у вас нашу штуку Check-in Bar». Они говорят: «Да, хорошо». Мы объясняем бармену, как это работает, расставляем тейбл-тенты по столам. Потом приходят чуваки с Collision, говорят: «Что вы тут делаете?» Мы говорим: «А мы с баром напрямую работаем, это бар делает у себя активацию». И все спешат, конференция. Так мы договариваемся. 

Был там бар, самый долго работающий бар в Америке, ему почти 300 лет, и он никогда не закрывался, Lafitte’s Blacksmith Shop Bar — это как Эйфелева башня в Новом Орлеане, все туристы должны в нем побывать, фотография этого бара — символ города. Я понимаю, что в этом баре должен быть, я прихожу в этот бар и говорю: «Мы приведем вам трафик с конференции, 20 тыс. человек о вас узнает, потому что у вас Check-in Bar работает». В итоге они впервые за 300 лет приклеили на свою стену, на дверь наклейки «Мы принимаем Check-in». Ни Foursquare, никакие другие наклейки у них никогда нельзя было вешать.

И люди, которые потом приходили на конференцию, уже знали, для них это был не стартап, а работающий американский бизнес. Они: «Как долго ты в Америке? Как умудрился так быстро запустить приложение?» А я: «Три дня назад приехал». Я подходил к людям и говорил: «You want to see something really cool?» Они: «И что?» Я говорю: «We sell drinks for selfies». У нас пошли предложения инвестиций. Я немножко звезду поймал, говорю, что сам хочу выбирать, с кем я буду работать. И тут проходит мимо чувак в наушниках больших, в штанах, кепке. Смотрю, чувак моего формата, молодой (а там обычно все старые и неинтересные). Я ему: «Иди сюда».  

Оказывается, что он инвестор, русскоговорящий и он в восторге: прямо при нем я знакомлюсь с главой Барной ассоциации Нового Орлеана и договариваюсь о партнерстве. И вот я уже не ищу никаких инвесторов, у меня сделка в голове закрыта. Мы потом по Америке пять недель катаемся, тусуемся. Я понимаю, что мне нужно запускаться в Америке, нигде в Киеве я себя уже не вижу. Для меня Америка открыта, я приехал — и за три дня у меня все вот так получилось. Я приезжаю в Киев и беру обратный билет в Америку, в Новый Орлеан. 

Выясняется дальше, что у моего инвестора сейчас нет возможности дать мне денег и он планировал их найти, а я не понимал, как так может быть — он ведь классный пацан, выступает на конференциях! И он поехал домой за деньгами, но у него не получилось, потому что те, к кому он приходил, не видели моей крутой презентации. Но мой локомотив не остановить — я беру билет в Новый Орлеан в один конец, на свой день рождения.

8 июля. Мне выдают золотую карточку Turkish Airlines и делают апгрейд билета в бизнес-класс в мой день рождения: отдельная кровать, тебе носят все что хочется, я понимаю, что у меня день рождения, у меня бизнес-класс, зачем мне спать, у меня все несется, стартап, Америку я почти покорил, я буду праздновать и веселиться. И всю дорогу Стамбул — Чикаго я просто бухал. День рождения, мне носят дорогущее шампанское, я его чем-то вкусным закусываю всю дорогу, смотрю какие-то фильмы на огромном телике сам. 

Прилетаю в Чикаго пьяный,  уставший, довольный, просто бросаю свой паспорт офицеру, и он мне говорит: «Стоп, чувак, ты пять недель пробыл в Америке, вернулся с билетом в один конец, пьяный и думаешь, что мы тебя пропустим?» Забирает мой паспорт, отводит меня в комнату для иммигрантов. Мне говорят: «На сколько ты приехал в Америку?» Я говорю: «Не знаю, два-три месяца, как пойдет. Бизнес делать, у меня все классно». Мне говорят: «Какой бизнес? У тебя туристическая виза, ты не можешь бизнес делать, с билетом в один конец ты не имеешь права никуда приезжать, у тебя должен билет обратно быть». Я этот билет на последние деньги купил, у меня даже денег не было. 

Меня в эту комнату сажают, у меня холодный душ, я понимаю, что всё — моя американская мечта накрылась. Я протрезвел, начинаю думать, какой я дебил, сейчас обратно в Киев, что я буду делать.

Телефон у меня не забирают, говорят, нельзя этого, положи в рюкзак. Я сижу два часа, скучно, открываю журнал с голой женщиной на обложке и думаю, что это не очень красивая история, положу назад, мне просто нравится очень Maxim, веселый журнал. Нет, буду сидеть. Как мне лучше руки положить? Пьяный человек пытается сообразить, как мне быть, выкрутиться, что мне делать. Через два часа выходит женщина пожилая практически, сгорбленная, говорит: «Филимонов!» Я такой: ок, надо договориться с ней. Она говорит: «И че ты сюда приехал с билетом в один конец?» 

У меня была стратегия, которую очень не одобрили мои юристы, они не знали вообще, как я умудрился такое сказать. Я в лоб правду говорил: «Я приехал на конференцию, поднял инвестиции 300 тыс. (только правда была в том, что я еще не поднял инвестиции), приехал осваивать». Она говорит: «Но у тебя же туристическая виза». Я говорю: «Она же должна когда-то превратиться в бизнес-визу, я приехал оформляться здесь на работу, все остальное, у меня есть юрлицо, предприятие, юристы, я получу рабочую визу, буду подаваться». И все это ей говорю. А она мне: «Нет, это все не то. Ты не можешь взять билет в один конец». Я говорю: «Давайте куплю билет». (А у меня реально нет бабок.) А она: «Ты можешь купить обратно? Сколько у тебя на карточке денег?» Я говорю: «30 тыс. долларов». Думаю: попросит показать или не попросит? Не просит. Я говорю: «Давайте куплю». — «Нет, не надо». Я говорю: «Я нормальный, я правда бизнесмен, погуглите меня, вот Forbes, интервью там, там, там». Она мне говорит: «Интернет — это фейк ньюз». 

Я начинаю от обратного действовать, говорю: «Можно вам задать вопрос? Вы меня не пускаете, потому что подозреваете, что я приехал сюда нелегально работать, иммигрант, буду мыть посуду без документов, и поэтому я купил билет в один конец, потому что я не смог позволить себе купить билет в два конца. Если б я хотел вас обхитрить, я бы просто купил билет в два конца, спокойно бы прилетел». Она говорит: «Да». 

А я говорю: «А как в этой логике вмещается то, что я купил билет в бизнес-класс за $3500?» Она смотрит на компьютере мой билет, потом берет мой паспорт и говорит: «Добро пожаловать в Америку».  

И все, я даже успел на свой трансфер до Нового Орлеана. 

Я приезжаю в Новый Орлеан к своему американскому партнеру делать бизнес в Америке, обещаю ему $300 К инвестиций. Мы начинаем запускать этот Check-in везде, а денег нет и нет. А инвестору пишу «Мне жрать не на что, может, ты мне что-то пришлешь?» Он присылает мне $30 К на счет компании под залог 1% акций. Уже что-то. Заплатили юристам, заплатили программистам. У меня появляется идея, я в нее поверил на 100% — я поверил, что мне нужно лететь на Burning Man и я найду там себе бабки. Там 80 тыс. человек, и вот есть статистика: за неделю Burning Man инвестиции в криптовалюты падают в три или четыре раза. Каждый месяц столько-то вкладывают в крипту, а вот на неделе Burning Man она падает намного, каждый год, потому что там все бабки. И я думаю: всё, мне надо ехать на Burning Man.

Чувак, у которого я жил, был кемп-лидером Camp Trifucta, который является одним из самых привилегированных кемпов, он на первой линии.

Кемпу Trifucta уже 10 лет. И у них происходит фандрайзинг в Лос-Анджелесе. В кемпе 260 человек, и на все активности, которые в кемпе нужно сделать, нужно было собрать больше $70 000, и решили сделать вечеринку. Меня приглашают в Лос-Анджелес провести эту вечеринку для фандрайзинга. Там меня приглашают пожить в доме главного масона Голливуда, в котором мой друг снимал часть: дом в Брендвуде, по соседству с Шварценеггером, с двумя парками, бассейном, статуями позолоченными. Дедушка еврей, ему 90 было с чем-то лет, и ему было важно, что он зарабатывает деньги в этом возрасте. Я эту вечеринку организовал, все круто прошло, я тогда еще больше убедился, что найду деньги на Burning Man. 

Оказалось, что с нами по соседству жил СЕО Alphabet Google. И чувак, который его хостит, обещал нас познакомить. Когда его выбирали СЕО Alphabet, одной из основных причин было то, что он бернер. Поэтому в Google очень много бернерских штучек. Вся эта история Google home! Welcome home — это все бернерские штучки. В стиле подачи Google очень много бернерского всего. 

Я провожу эту вечеринку, понимаю, что я слишком молодой и красивый, чтоб не жить в Лос-Анджелесе. Новый Орлеан пока всё. А компания друга занималась дистрибуцией травы — медицинской марихуаны. Он всю жизнь продает траву, а я бизнесмен. Денег нет, и я приезжаю к нему и говорю: «Давай твой бизнес на рельсы поставлю, чтобы ты больше зарабатывал, а я за это у тебя буду жить бесплатно? И буду в месяц что-то зарабатывать». Я там все организовал, помог ему наладить его историю, у него все сработало. Я это себе все организовал с этой травой, стал акционером в дистрибьюторской компании по траве. Честно все. Белый абсолютно бизнес. Мог до 70 кустов иметь у себя на руках, очень много. 

Я жил на сойленте два месяца. Мне очень нравилась идея ничего не есть, я себя называл фуд-фри, я был независим от всего, у меня всегда в рюкзаке был сойлент, куда я ни пойду, у меня везде был сойлент. Но я понял, что это не совсем правильный образ жизни. 

Я переехал в Лос-Анджелес, поехал на Burning Man, и это мне оплатил инвестор: арендовал машину, заплатил за мой билет, за кемп, в дорогу денег дал. Я был настроен заработать там деньги. 

Я познакомился с новым другом, которого пригласили в кемп Илона Маска. Я мог поехать на Burning Man и жить в кемпе Илона Маска! Прикол в том, что они все собирались в четверг, а Burning Man начался еще в воскресенье, они приехали ненадолго, и не всю неделю тусуются, они с четверга по понедельник. А я — все 8 дней. Я приехал туда зарабатывать деньги и искать себе инвестиции. Начнем с того, что я чуть не сдох. Я был без своей палатки, начинаю кочевать, стратегия: с кем-то подружился — а можно у вас переночевать? И так каждую ночь. Я с кем-то дружил и ночевал на полу у них. 

И вот я встречаю парня, военного, он мог помочь выжить большому количеству людей на Burning Man — 23 года в армии, две горячие точки, и я просто к нему прибился, потому что понимал, что с ним я выживу. Я везде за ним ходил, как хвостик, и мы стали с ним лучшими друзьями. И вот, представь себе, мы, четыре человека, идем в костюмах красной рыбы через пустыню, до горизонта пусто. Навстречу нам едут два велосипедиста, парень и девочка с сумасшедше синими волосами, и она начинает нам за километр кричать: «Lev! Lev! Where have you been?» Мы думали, что нас кроет: я только из Украины приехал, меня никто не мог искать на Burning Man, это невозможно. Она подъезжает к нам и говорит: «We were looking for you for a month». Оказалось, что это ребята из Нового Орлеана, я встретил их там на улице в свой день рождения пару месяцев назад… Они увидели меня в костюме красной рыбы и медузы в пустыне. 

Burning Man — это такая история, это gifting economy, все тебе дарят. Я приехал, у меня не было велика, мне подарили электрический мотик, а я передарил дальше. Всё по кругу. К тому моменту, когда приехали чуваки из кемпа Илона Маска, я уже всем все подарил, я был на другой планете, я после Burning Man месяца три еще отходил, наверное. На Burning Man все, что вокруг — мир по умолчанию. И когда приехали чуваки из кемпа Илона Маска, начали о работе тулить все, задвигать, какие там новости из дефолт-мира, а я сижу, и меня спрашивают: «А чем ты занимаешься?» А я такой сел на свой мотоцикл и уехал, и все, стал дальше жить на полу, как и жил, но не стал жить в этом кемпе Илона Маска, не смог пробыть и полчаса. У меня была цель, которая полностью поменялась, мне было плевать на деньги. Я расширил свое сознание и хотел так жить дальше после Burning Man, мне было плевать на бизнес, на все. Начал думать: кто я, чего я хочу? Обычно, когда до Burning Man меня спрашивали, кто я, я отвечал, чем я занимаюсь. После я начал думать: а кто я — я тот, чем я занимаюсь, или я еще что-то из себя представляю?

Я бизнесмен. Мне ничто так не интересно, как это. Я — это мои проекты. 

Оказалось, что этот мой друг-военный с 2011 года инвестировал в биткоины и был криптомиллионером. Я об этом даже не знал при знакомстве. Я с ним подружился, просто потому что подружился, он спасал мою жизнь там, и мы стали близкими друзьями, построили близкие отношения, и в самые последние дни Burning Man, когда мы заговорили о том, кто чем занимается, я ему рассказал про проект, и он сказал: «Давай я куплю у тебя долю». И денег хватило, чтобы запуститься в Лос-Анджелесе. Если бы я зациклился на поиске денег и ходил бы клянчить деньги у друзей Илона Маска или еще кого-то, вряд ли бы так вышло. 

И на каком-то моменте мне этот чувак говорит: «Негде спать, все болит. Забей, просто живи». Эта простая такая фраза. Просто живи. Не переживай. И я все отпустил, хочу спать — просто сплю, неважно где, просто лег на песок или нашел какой-то диванчик и просто сплю, не думаю о том, что мне надо кого-то найти, чтобы где-то поспать. Я принял такую тему и начал получать удовольствие от Burning Man, на третий день у меня произошла такая трансформация, и всё — я вернулся в Лос-Анджелес, мы дальше работали и жили. 

У меня была задача — перевезти жену в Америку. Я поехал, и мне нужно было сделать очередной мужской поступок. Был поступок, когда у меня было много долгов, и я решил поехать в Грузию и открыть клуб там, у меня не получилось, и я полгода жил там. Теперь у меня минус двести тысяч долларов, в Грузии я их не найду, в Украине не найду. Мне нужно другое — Америка. Я сказал, что еду в Америку организовать нам жизнь и, как только я смогу там арендовать ту квартиру, в которую мне не стыдно тебя привезти, я смогу нормально жить, тогда ты приедешь. Всё, я поехал. Это все организовал. Теперь у нас квартира прямо на берегу океана.

С Burning Man я приехал в сентябре, Марина переехала в ноябре. Я стал маркетинг-директором Американской барной ассоциации, в которой 30 тысяч баров, этой организации почти 30 лет. Они организовывают барную конференцию в Лас-Вегасе, на которой в этом году было 36 тыс. человек. Меня пригласили на эту конференцию выступать, рассказывать про Social Media Marketing для алкогольных брендов. У меня было 30-минутное выступление на мейн-стейдж, я рассказывал про Social Media Marketing и, видимо, так хорошо рассказал, что меня пригласили в Барную ассоциацию, теперь у меня появился первый в жизни админресурс. Это очень важная штука, которая мне нужна была для Check-in Bar, и теперь я с ноги открываю двери в алкогольные бренды, куда угодно, потому что я представляю интересы 30 тысяч американских баров.  

Как я стал CMO Барной ассоциации? Всё просто. Я пришел к ним и спросил: «А у вас есть маркетинг-директор?» Они говорят, что нет. Вообще нет такой должности. Я предложил им себя, они согласились. Всё. 

В общем, каждый раз, когда у меня стартап, когда доходит до того, а сколько ваш бизнес зарабатывает денег, сколько у вас активных пользователей и т.д., — вся моя история, выходит, что не такая уж и крутая, сдувается. И меня это раздражало все время, потому что я понял, что нужны долгие годы, чтобы он начал зарабатывать. Локомотив уже не остановишь, когда так, как надо. 

И мне в этом контексте очень нравится история. Был такой греческий философ с очень эротическим именем Фалес. Он был из богатой семьи, никогда в жизни не работал, при этом был философом. Поднялся на ICO (шутка). И его все время троллили: чувак, как ты можешь учить нас жизни, если ты никогда не работал, копейки не заработал. А он говорит: «Мне не нужно работать, я из богатой семьи. Я не люблю работать, я философ, я хочу рассуждать, учить людей жить». Ему говорят: «Ты заработай деньги сначала, докажи, что ты можешь заработать деньги». А он Луну изучал, притоки воды в море, зависимость приливов и отливов от Луны — он этим занимался. И он разобрался, что в этом году будет самый большой урожай оливок в Греции за все время. Он пошел и то ли у папы взял денег, то ли договорился — выкупил все штуки, где давят эти оливки на оливковое масло.

Во всей Греции он получил на них 100% эксклюзива, и когда пришел урожай оливок, а был самый большой урожай, всем нужны были маслобойни, а они были все только у него, — он просто закатил сумасшедшую цену за них и стал самым богатым человеком в Греции. После того, как он это сделал, он сказал: «Всё. Я доказал, я самый богатый человек в Греции, ничего не надо. Не буду больше работать». И вот такая история.

Я придумал приложение Snapchain  для ICO, потому что Check-in Bar пока имеет мало закачек, мало зарабатывает. Ок, хотите закачек, хотите зарабатывать? Я сейчас сделаю вам приложение, которое будет зарабатывать дох…ща, которое будет с кучей закачек, а я буду дальше заниматься Check-in Bar.

Мы людям за селфи даем деньги, до 400 долларов в месяц в Snapchain. Мы запускаемся на следующей неделе, у нас самый крупный контракт на 1,5 млн евро с ICO.

Подписывайтесь на нас в Facebook

Написать комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

Извините, для комментирования необходимо войти.
Рекомендуемое

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: