Cпецпроекты

Дневники Одесского кинофестиваля: «Сын Саула», «Кобейн» и первые украинцы


0 531 28

kuda_sait

Продолжаем вести дневники с Одесского кинофестиваля, где во второй день снова показывали большие премьеры.

Если в первый день все смотрели «Лобстера«, то во второй ключевым фильмом стал дебют венгра Ласло Немеша «Сын Саула». Аншлаг не удивил нисколько — фильм получил гран-при Канн, а, как сообщили организаторы, одесский показ был вторым в мире после Лазурного берега. А вот что удивило — то, что сосед в предыдущем ряду хрустел поп-корном под сцены газовых камер и нацистских издевательств.

SAUL_FIA_SON_OF_SAUL_Still

Сеттингом картины Немеш выбирает концлагерь Аушвиц — тему, по которой на первый взгляд сказано уже все, а велосипед не изобретешь. Но если очень захотеть — изобрести можно. Что и делает венгр.

Главным козырем «Сына Саула» оказывается то, что он не пытается ошеломить, проспекулировать на теме и выдавить лишние эмоции. И именно благодаря этому впечатляет еще сильнее.

Главным образом этому способствует визуальная изобретательность — камера все время «приклеена» к Саулу — заключенному, члену зондеркоманды, который узнает в одном из жертв очередной газовой камеры своего сына. Для Саула личной миссией становится во что бы то ни стало его похоронить.

son_of_saul_film

О существовании ужасов, ежесекундно происходящих в мире Саула, мы больше предполагаем, чем их видим — большая часть либо остается за кадром, либо скрывается в размытой дымке «портретного» объектива. Это и есть самая страшная штука — Саул все время бежит, здесь постоянно что-то происходит, и чем меньше каждая трагедия похожа на классическую киносцену, тем отчетливее ты понимаешь — это правда, ни больше ни меньше.

KURTCOBAIN_web_2

Маленький Курт Кобейн

Избежать лишней голливудизации и выдавливания эмоций удалось и другой картине, собравшей аншлаг. Документалка Бретта Моргена «Кобейн: чертов монтаж» уже собрала восторги критиков со всего мира, и это также вполне логично. Почти в двух с половиной часах собран самый сок американской документалистики: визуальная насыщенность, прицельные, вовремя вставленные синхроны, бойкий монтаж. Кстати о монтаже. Собственно, и название картина получила благодаря честному погружению в тему: «Чертовым монтажом» Кобейн назвал сборник всевозможных звуков, демоверсий, голосов, диалогов и прочих рефлексий, записанный в 1988 году.

В ленте Моргена оживают странные, но знакомые каждому 90-е со всеми этими «Рэп калл — слушай металл», новостями о смертях от передоза, и отвергнутыми подростками, попадающими в фильмы Гаса Ван Сента.

Где-то среди них и Кобейн, мечущаяся душа с закостенелыми комплексами и надрывным талантом. Бретт Морген не идеализирует своего героя, не пытается заставить зрителя прощать и любить его просто потому что он Кобейн.

720x405-UntitledKurtCobainDocumentary_still1_KurtCobain__byNA_2014-12-03_05-38-54PM

 

Морген не скатывается в манипуляции нарративом, он в крайнем случае визуализирует (да и то, не на свой лад, а используя стилистику найденных дневников) все то, что откопалось в закрытых ранее семейных архивах. А его герои создают вполне разносторонний портрет Кобейна — вот он мечтает о семье, а вот — держит на руках дочку, предварительно хапнув дозу. Все по-честному, и, как это бывает в жизни — очень по-разному даже в рамках одного и того же человека.

Также мне, наконец, удалось добраться до конкурсной программы, тем более что показывали украинское кино. «Плен» снял Анатолий Матешко, человек, когда-то подаривший всем первый нестыдный украинский сериал — «День рождения Буржуя».

110817

В этот раз он смотрит в сторону классического восточноевропейского фестивального фильма — черно-белого, с шокирующими сценами и привязанным к каждой минуте экранного времени грузиком. Вопросов «Почему так?», впрочем, фильм не вызывает. Несмотря на то, что «Плен» происходит во время некой абстрактной войны без имен и названий, всем сразу понятно, о чем здесь речь. Двое людей в камуфляже, но без шевронов, удерживают в сарае посреди поля несколько человек. У каждого за спиной разные истории (тут и бывший американский певец, и не произносящий ни слова военный), над каждым уже поиздевались и еще не раз поиздеваются. Когда камуфляжникам становится скучно, они делают на пленных ставки, выпуская в поле — кто дальше добежит, не подорвавшись на мине.

Как для фильма, снятого в трех локациях, выглядит все очень художественно, но, как вы понимаете, грузно.

И нет, это не то привычная тяжесть от просмотра украинского кино, о которой вы подумали — у Матешко все-таки достаточно телевизионного опыта, чтобы относиться к экранному времени с уважением и ощущением сюжетной четкости. Эта тяжесть немножко из другой оперы.

Если каким-то невероятным образом получилось, что вы дочитали этот дневник аж до сюда, то готовьтесь — в следующем выпуске разборов фестивальной тяжести предполагается еще больше, так как завтра будут показывать Еву Нейман, российских «Ангелов революции» и нового Германа.  В общем, достанется всем.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Написать комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

Извините, для комментирования необходимо войти.
Рекомендуемое
 

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: