Cпецпроекты

Конец тура: кто такой Дэвид Фостер Уоллес и почему о нем нужно знать


0 1 1
bit.ua рассказывает о Дэвиде Фостере Уоллесе – одном из самых недооцененных (во всяком случае, в наших краях) писателей современности, о котором недавно вышел фильм «Конец тура».

«Конец тура» – фильм Джейсона Понсольдта, посвященный Дэвиду Фостеру Уоллесу, еще летом вышел в американском прокате. В Украине же трудно представить себе дистрибьютора, который рискнул бы привезти ленту к нам, даже несмотря на то, что в главных ролях тут – Джейсон Сигел и Джесси Айзенберг, относительно известные актеры. Первого у нас могут помнить по сериалам «Как я встретил вашу маму» и «Freaks and Geeks», Айзенберг в свое время примерил образ основателя соцсети Facebook в фильме Дэвида Финчера «Социальная сеть». Проблема в том, что картина вышла слишком уж камерной, в ней нет ни намека на привычный «экшн»: она, по сути, представляет собой один большой разговор между журналистом и писателем. Максимум действия – это когда две черных собаки (Уоллес в реальной жизни очень любил собак) тревожат сон героя Айзенберга и забираются к нему в постель.

 

 «Конец тура» поначалу кажется настоящим издевательством и насмешкой над творчеством Уоллеса. Дурацким голливудским упрощением всего.

 

Сам же Джейсон Сигел в образе Уоллеса смотрится как огромная и в чем-то нелепая карикатура на великого писателя. Грузный и слегка неуклюжий человек, напяливший на себя бандану, ставшую по случайности своеобразным «фирменным знаком» Дэвида. Айзенберг в очередной раз играет нервного и зажатого героя, его голос практически весь фильм дрожит.

Но затем начинают проглядывать детали – и впечатление меняется. Уоллес с упоением смотрит телевизор (и позже признается, что ТВ – это его главная и единственная зависимость), покупает желатиновых мишек и волнуется перед публичными чтениями. И это человек, написавший 1000-страничный роман, в котором есть примерно все на свете: наркотическая зависимость, семейные неурядицы, суицид, общество потребления и индустрия развлечений, теория кино, квебекский сепаратизм и большой теннис. Все эти темы гармонично уживаются в непростом для чтения тексте, вызывая в сознании образ невероятно одаренного автора-интеллектуала. А на деле Уоллес души не чает в своих собаках, живет в захолустье, жует табак и желатиновых мишек, и стесняется признаться, что без ума от Аланис Мориссетт.

 

Фильм Понсольдта хорош хотя бы тем, что в нем проговаривается одна ключевая мысль для понимания того, каким Дэвид Фостер Уоллес был человеком. Он никогда не романтизировал какую-либо зависимость (вроде образа «вечно пьяного писателя»), и вместе с тем не строил из себя «простого парня из народа». Уоллес не отрицал этот мир, но и не идеализировал его, а всеми доступными средствами пытался сделать только одно: распахнуть свои глаза пошире и вглядеться в окружающую реальность. Подметить каждую деталь и мелочь. Поэтому читать этого автора, конечно, невероятно сложно (даже ваше отменное владение английским не спасет – придется то и дело заглядывать в словарь). В той же «Бесконечной шутке» читателя поджидают безумные сюжетные переходы, тонна сносок, отсутствие линейного времени и так далее.

Ведь кто главные герои книг Дэвида Фостера Уоллеса? Мы – фрустрированные, одинокие и закомплексованные смотрители телевизора

Но вся эта постмодернистская стилистическая эквилибристика – не от зауми, не потому что автор пытается казаться умнее, чем он есть. Все это нужно, чтобы навести максимальную резкость на персонажах и атмосфере. Ведь кто главные герои книг Дэвида Фостера Уоллеса? Мы – фрустрированные, одинокие и закомплексованные смотрители телевизора, на которых сверху давит «американская мечта» (или просто желание наконец разбогатеть и ничего не делать) и что-нибудь высокодуховное (вроде религии), а снизу сбивает с ног монотонная рутина.

Отличный пример специфического чувства юмора Дэвида Фостера Уоллеса – в кадре из фильма «Короткие интервью с подонками» (экранизация одноименного сборника рассказов писателя). С виду обычный мужчина жалуется на камеру о своей большой проблеме в сексуальной жизни, которая мешает ему жить:

Почему вообще Уоллес стал писателем? Родители (оба профессоры) воспитывали его как абсолютного гения, читали мальчику на ночь того же «Улисса» Джойса, Дэвид всегда демонстрировал потрясающие результаты во всех учебных заведениях, был невероятно спортивным ребенком и даже достигал знаковых результатов в большом теннисе. Он мог бы стать кем угодно, но почему-то выбрал именно стезю писателя. Вообще, проблема «писателя» как такового в последнее время возникает невероятно часто. Слишком много людей суются в это дело (заведомо неблагодарное – и об этом, кстати, тоже говорится в «Конце тура»), перенимая только самые романтичные атрибуты.

Купить себе трубку из резного дерева и хороший табак, обзавестись винтажной пишущей машинкой и молчать в компаниях, создавая вокруг себя ореол загадочности – для этого больших умений не нужно. Людям, которые случайно занялись писаниной, будет просто нечего сказать – и они примут это за «муки творчества». Причем у этих «случайных авторов» что-то все же может получаться: какие-то рассказы, а то и целые повести, романы. Но в этом не будет ни грамма подлинности, а разной степени умелости заимствования у других писателей. Или жуткие, непростительные шаблоны.

Писательство – это когда ты по-другому просто не можешь. Единственное условие, оправдывающее это занятие. Собственно, вся история жизни Дэвида Фостера Уоллеса – хороший тому пример. Он выбрал писать, потому что это был прежде всего его способ справляться с собой. Разумеется, неплохо уже в 25 лет, едва только выпустив дебютный роман, стать самым многообещающим автором Америки. Однако у всего этого есть и обратная сторона, которую обычно упускают из виду. Большие знания и большой ум – это не только интеллектуальное превосходство, но еще и тяжелое бремя и огромная ответственность. Слава – то же самое, скорее, проклятие: как после успеха проверить, кто действительно по-прежнему твой друг, а кто просто желает погреться в лучах твоего успеха? Помимо этого, Уоллеса грызло еще много других вещей.

Если так можно сказать, он пытался обнять и объять весь мир, а результатом тому были не только книги, но еще и тяжелейшие приступы депрессии, электрошоковая терапия, злоупотребление алкоголем, неприятная медикаментозная терапия и прочие ужасные вещи.

Дэвид Фостер Уоллес всегда был с этим миром, несмотря на ярлык умника. Преподавал студентам и пытался зажечь в них истинный огонь. Был невероятно одиноким человеком – и, наверное, только его любимые собаки знали, каково приходится писателю. И, в конце концов, не выдержал борьбы – повесился в патио собственного дома в сентябре 2008 года (ему было всего 46 лет). Но книги остались – они ждут своего читателя.

Подписывайтесь на нас в Facebook

Написать комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

Извините, для комментирования необходимо войти.
Рекомендуемое

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: